– Пусть Амелия упакует книгу. Моя машина ждет у главного входа. Билл знает имя и адрес этого человека. Он отвезет тебя туда и объедет квартал, пока ты будешь заниматься делами. И не груби клиенту, когда будешь передавать ему текст, – добавил Том.

Хло закатила глаза и вздохнула, но осторожно взяла рукопись. Девушка была уже на пороге, когда Томас сказал:

– Когда вернешься, я покажу тебе клинки, Хло.

Его тон был мягким, но в нем сквозила насмешка, и Хло разозлилась. Он знал, что она будет торопиться обратно, чтобы взглянуть на оружие. Знал, что она снова закроет глаза на то, что его методы приобретения экспонатов незаконны.

– Взяточник. Подлый взяточник, – пробормотала она. – И я не собираюсь признавать твои методы нормальными. – Но ее руки уже горели от желания прикоснуться к старинным клинкам. Провести пальцем по холодному металлу, подумать о былых временах.

У воспитанной на ценностях Среднего Запада, идеалистки до мозга костей Хло Зандерс была слабость, и Том об этом знал. Стоило поманить ее каким-нибудь артефактом, и Хло могла поддаться соблазну.

А если этот артефакт был еще и шотландским? Фью-ю, тогда Хло пропала.

Иногда Дэйгис чувствовал себя таким же старым, как поселившееся в нем зло.

Он ждал такси, чтобы отправиться в Клойстерс и забрать копию одного из последних имеющихся в Нью-Йорке томов, которые ему нужно было просмотреть. Дэйгис не замечал восхищенных взглядов идущих мимо женщин, хотя и притягивал их, словно магнит. Он не понимал, что даже в мегаполисе, заполненном самыми разными людьми, он будет выделяться из толпы. Дело было не в том, что он говорил или делал, в этом он абсолютно не отличался от иных богатых красавчиков. Дело было в нем самом, в его мужской породе. В том, как он двигался. Каждый его жест излучал силу, нечто темное и… запретное. Он был сексуальным воплощением самых темных сокровенных женских желаний, о которых психотерапевты и феминистки не хотят даже слышать.